Клуб авторской песни "Ахтиар"

Информация о клубе

Руководитель клуба Ирина Руденко
Регион Россия, Крым
Адрес Севастополь
Контакты

http://www.sevbardafisha.narod.ru/

Клуб авторской песни "Ахтиар"

Чтобы описать историю клуба «Ахтиар» на данной странице, мне пришлось полностью опубликовать книгу посвященную этому клубу . Книга была взята на сайте http://www.sevbardafisha.narod.ru/ , я думаю авторы данного материала  простят меня за копирование, но лучшего описания истории клуба трудно себе представить. Из этой книги трудно что то убрать, и тем более что то  добавить, по этому она выложена здесь полностью, что бы никого не забыть  и ничто не утаить.  


На этой странице публикуются публицистические материалы, освещающие бардовское движение г. Севастополя. 
Вниманию читателей представляется электронная версия книги "Струной озвученное время", выпущенной в 2010 г. по случаю 30-летия Севастопольского Клуба струнной поэзии "Ахтиар".
 

Часть 1 
Владимир Губанов 
ПОСЛЕ СЛОВА БЫЛА ПЕСНЯ 

«Если все время идти против ветра, 
обязательно встретишь людей, 
веселых и сильных». 
Александр Петров
 

В моем домашнем архиве есть пакет с фотографиями 80-х годов. Самые обыкновенные фотографии, и изображены на них молодые ребята с гитарами. Что можно увидеть на этих кусочках картона? Вот Петров… Это – Стрельников... Я... Вот Володя Фиш, что-то доказывает Петрову – они тогда вечные спорщики были. Впрочем, нет, не спорщики, скорее, противники. Мелькнул Шишкин… А вот улыбающийся Визбор с гитарой, за столом, заставленном бутылками. Вспоминаю: это, когда мы общались с ним на квартире, что возле Приморского... Не могу найти Окуджаву – тоже была какая-то фотография. А вот опять мы – вся наша компания, видать, на каком-то фестивале авторской песни. Веселые, улыбающиеся, небрежно так гитары держим. И сразу в памяти – дела минувших лет, забытые встречи, лица тех, кого связывала одна страсть, одно влечение и одна, пожалуй, любовь... Где они теперь, эти друзья-приятели, знакомые и полузнакомые поющие поэты, квартирные мечтатели, робевшие перед микрофоном и вечно путавшиеся в гитарных аккордах? Не собрать нас теперь – жизнь пораскидала. 

 

Как озаглавить ту песенную горячку восьмидесятых годов, ту сумятицу чувств, кипевших на кухнях наших севастопольских квартир, когда вечерами, сгрудившись, мы слушали какого-нибудь уличного манифестанта? Закрыв при этом форточку, чтобы соседи не слышали его песни. Какими словами описать наши откровения тех лет, озвученные гитарной струной, все эти бесконечные посиделки, где царила пылкость объяснений, неразборчивость рукопожатий, беспечность прощаний, а после этого – глухое забвение на долгие годы? 

Словосочетание «авторская песня» уже не имеет былой притягательности. Горы публикаций об этом феномене сделали свое дело. Запретный плод теперь в избытке. Голоса бардов на сиди, их бесконечные выступления по тиви. У любого дома, только руку протяни – Визбор, Кукин, Матвеева. Не говоря уже о таких титанах, как Галич, Окуджава, Высоцкий. Критики и искусствоведы давно описали каждого из них. Никаких споров – всем все понятно, все разложено по полочкам и классифицировано. Даже диссертации, говорят, на тему авторской песни были защищены. 
Поднятая Окуджавой и Галичем волна интереса к авторской песне естественно привлекла к этому жанру массу сторонников и подражателей. Не говоря уже о тех, кто просто интересуется авторской песней, собирает и коллекционирует ее. Теперь эта волна, повторюсь, пошла на убыль. В Севастополе в том числе. Но нужно знать, что вся эта песенная круговерть, о которой я пишу и которая захватила в 80-е годы определенную часть севастопольского общества, имела эпицентр под названием «Клуб самодеятельной песни «Ахтиар». Позднее, правда, слово «самодеятельная» будет заменено на «авторская». 

Первый раз о понятии «клуб самодеятельной песни» я узнал в конце 70-х годов. В то время я учился в Севастопольском приборостроительном институте и, как некоторые молодые люди, сочинял песни и пел их под гитару. Особо над этим увлечением не задумывался, хотя и представлял, что происходило тогда в советской песенной культуре. Как я понимаю, в середине 60-х годов после недолго длившейся «оттепели» песенный жанр в СССР развивался параллельными путями. Наряду с эстрадной песней, которую применительно к тем временам можно назвать «официальной», в обществе стали появляться другие песни – «неофициальные», по сути подпольного характера. Первыми авторами таких «подпольных» песен были Михаил Анчаров, Булат Окуджава, Александр Галич, Владимир Высоцкий, немного позднее – Юрий Визбор и Юлий Ким (Список первопроходцев жанра авторской песни в СССР, естественно, намного шире. К упомянутым в тексте бардам можно добавить также Новеллу Матвееву, Юрия Кукина, Евгения Аграновича и многих других.). Этих поющих поэтов называли по-разному, в основном, бардами. И их произведения от «официальных» отличались одним – тем, о чем в них, собственно говоря, пелось. 
В то время, когда «официальная» песня стремилась отразить (даже не отразить, а, скорее, навязать) чувства толпы, непременно согласуя эти «чувства» с определенными идеологическими установками, «неофициальная», бардовская песня несла в себе мироощущение индивидуума. А если прибавить дух протеста и несогласия со сложившейся в стране политической системой, тоже порой присутствовавшие в бардовских песнях, тогда станет понятно, почему барды приобрели популярность и в то же время преследовались властями. 
…Итак, я учился в СПИ, сочинял песни и искал общения с такими же, как я, авторами. А еще организовывал концерты «гитарной» песни, которые проходили, как мне кажется, довольно неплохо. Однажды в газете прочитал о существовании в столичных городах клубов самодеятельной песни и понял, что такой клуб должен появиться и в Севастополе. 
В 1979 году я закончил вуз и прибился к стану туристов. Там я познакомился с Еленой Зак и рассказал ей о своих каэспэшных поисках. И Лена свела меня с Александром Петровым, который, по ее словам, тоже сочинял песни и мечтал организовать КСП. 

 

Александр Петров (1983 г.) 

Несколько слов о Петрове. Думаю, что все, кто в семидесятые годы посещал городское литобъединение, помнят эту незаурядную личность. Александр Петров вместе со Светланой Юкилевич и Еленой Халанай составляли тогда ядро молодых, дерзких и непримиримых поэтов. Насколько я знаю, в лито между ними и «маститыми» постоянно происходили пикировки. Потом у Петрова что-то разладилось со знатоками ямба и хорея, он отошел от них и целыми вечерами прозябал у себя дома. Осенью 1979 года в один из таких вечеров (кажется, это было в октябре) я и зашел к нему в гости. Помню комнату в нетопленом доме, дымившийся на плите чай и Сашу, бегающего из угла в угол после того, как я сказал о цели своего визита. Я, как только у него появился, сразу заговорил о КСП и он «загорелся»… 
Мог ли я тогда предположить, что клубу, который мы организуем, через несколько лет будут благоволить высшие партийные и комсомольские бонзы города? Для приезжавших на наши фестивали бардов будут выделяться гостиницы, а симферопольские телевизионщики будут гнать в Севастополь свою громоздкую технику, чтобы снимать выступления бардов – кто б мог тогда подумать! – в театре имени Луначарского? Нет, в тот вечер я не мог этого предположить. В тот вечер я грел руки на кружке с чаем и, дрожа от возбуждения, обсуждал с Петровым ближайшие планы построения клуба самодеятельной песни. 

Вечером 6 февраля 1980 года в подвальном помещении одного из домов на Большой Морской, где собирались туристы, первый раз встретились те, с кого, можно сказать, и начался Севастопольский клуб самодеятельной песни. До этого в течение двух месяцев я и Петров занимались поисками наших союзников и, наконец, нашли их. 
Мы совершенно не представляли, каким будет создаваемый нами клуб. Знали одно – его костяк составят люди, неравнодушные к поэзии, озвученной гитарной струной. И на эту встречу пришли действительно те, кто интересовался бардовским жанром, кто очень хотел организовать в городе нечто такое, что позволило бы им и самовыразиться и чтобы эта возможность самовыражения стало основой их бытия. Кто же были эти энтузиасты, эти первопроходцы севастопольского бардовского жанра? Владимир Фиш, большой знаток авторской песни, обладатель внушительной коллекции записей известных и не известных нам бардов; Елена Халанай, горячая сторонница всего, что не связано с рутиной и обыденностью; желавшие участвовать во всех начинаниях клуба Михаил Тупота, Александр Иванов, Елена Зак, Анна Ерохина и Елена Ман. И наконец, пришли те, кто испытывал неимоверное желание «стать бардом» – Александр Петров, я и Валентин Стрельников – милейший песенник, автор несчетного количества куплетов. 
Кто мы были тогда? Случайные попутчики, обалдевшие от удачи встретить себе подобных? Дилетанты, пытавшиеся в своих песнях высказать все, что разрывало мятущиеся наши души? Мы вознамерились удивить всех, кто привык слушать казенную эстраду, своей, как нам тогда казалось, невиданной песенной эстетикой, и доказать, что наш город вовсе не провинция, а... столица! Да, да – столица! Мы это докажем! Вот только клуб создадим. 

 

Первые встречи активистов КСП "Ахтиар" проходили на квартире барда Валентина Стрельникова (с гитарой). 
Крайние справа – Елена Зак и Александр Петров (1980 г.)
 

Но каким он должен стать, этот клуб? В яростных спорах, проходивших на квартире Стрельникова, с трудом просматривались контуры нашего КСП. Для начала мы поняли, что нужно иметь «официальную крышу». И решили: «крышей» станет городской дом культуры (в советское время ГДК размещался в здании православного храма святых первоверховных апостолов Петра и Павла). Нам очень приглянулся этот диковинный особняк, его греческие контуры, каким-то фантастическим образом вписывающиеся в гарнизонное обличье Севастополя. Придумали и название клуба – «Ахтиар». 
Итак, решили мы, наш клуб должен быть в ГДК. Но в те годы всеобщего подозрения к самодеятельной песне, вот так сразу, с кондачка идти в ГДК было преждевременно. Требовалась какая-то «заслуга». Как тогда говорили, нужна была «рекомендация». 
Но выступить с нашими песнями было абсолютно негде. Все от нас, как от чумных, шарахались. Стоило в каком-нибудь кабинете упомянуть Высоцкого или Галича, или просто сказать: «Мы хотели бы, товарищи, спеть вам свои песни…», как у чиновника, с которым велись переговоры о концерте, делалось испуганное лицо и перед нами закрывались двери. Тогда-то мы и познали заскорузлую, непробиваемую особенность Севастополя – города сплошных воинских частей, предприятий «оборонки» и рассыпанных цепью стрелков ВОХР... Самодеятельная песня им была не нужна. 
Но Петров проявил себя как блестящий стратег. Он был опытнее нас и неплохо разбирался в сфере тогдашней городской культуры. На первое время, сказал он, нужно забыть о своем творчестве и петь песни «официальных» бардов. Окуджаву, например. После этого Петров выбрал единственно правильный путь, по которому мы и пошли. А пошли мы в кабинет, где сидели самые главные в городе комсомольцы. Мы появились у них аккуратно одетые и в вычищенной обуви. Даже комсомольские значки прикололи. И сразу же завели разговор о песнях на военную тему, о работе с молодежью и тому подобных делах. Причем, если и упоминали бардов, то только Окуджаву. О Визборе и Кукине, уже имевших в то время официальную известность, – ни слова. О Высоцком – тем более. Не могу сказать, что наш визит произвел на комсомольских вожаков впечатление. Замороченные своими делами, они вполуха выслушали нас и пообещали нечто неопределенное. Но самое главное произошло через несколько дней – комсомол дал нам первое задание! Мы должны были перед какой-то их конференцией, прямо в зале, находясь среди делегатов, петь песни. Для чего это нужно было, стало понятно потом. Самим фактом нахождения в зале поющих молодых парней комсомольцы Севастополя хотели, видать, показать областному руководству приподнятость настроения у делегатов. Нас просто использовали в качестве «мальчиков с гитарами». Я до сих пор помню, что происходило на той конференции. Помню напряженные лица активистов, старавшихся «зажечь» делегатов на скандирование лозунгов. Бегая между рядами, они изо всех сил кричали: «Ленин! Партия! Ком-со-мол! Ленин! Партия! Ком-со-мол!» Рядовые комсомольцы косились друг на друга и невпопад подхватывали... Что нам оставалось делать? Мы пели… Нам нужно было петь, потому что нужна была «заслуга», нужна была «рекомендация». Единственно, чем потом утешали себя – ничего из комсомольского репертуара мы не исполнили. Так, несколько песен нашего горячо любимого Булата Шалвовича прокричали и по кивку курировавшего нас функционера ретировались... 
Как ни коробило нас от «первого задания», но комсомольцы куда нужно позвонили и мы пришли в ГДК на уже подготовленную почву. В «греческом особняке» нас неплохо встретили и выделили комнату. Начало было положено. Севастопольский Клуб самодеятельной песни «Ахтиар» начал существовать, как тогда говорили, «на официальном уровне». 

Открутим кинопленку времени назад и позволим нашему читателю очутиться в далеком 80-ом году. В любой четверг, вечером, возле городского дома культуры можно было наблюдать такую картину. Часам к шести под колоннами, на щербатых ступенях собирается группа молодых ребят. Некоторые из них держат в руках гитары. Ребята стоят, о чем-то разговаривают. Но тишину они не нарушают, блатных песен не поют и, выкурив по сигарете, спешат внутрь ГДК. Читатель при желании может последовать за ними и оказаться в компании членов клуба «Ахтиар». 

 

Александр Танковский (1980 г.) 

…Чем мы тогда занимались? Основное, помню, что было в ходу, – «гитара по кругу». Пели Окуджаву, Визбора, Городницкого, кое-что «из своего». Обсуждали всякую всячину, обменивались сборниками стихов и, немного погодя, расходились. Мы, что называется, варились в собственном соку. Никто к нам не приходил, в городе о нашем клубе ничего не знали. Руководство ГДК нас не трогало и на свои мероприятия не приглашало. Видя это, мы сами договорились с методистами одного общежития СПИ (того, что на ул. Н. Музыки) и сделали перед студентами свое первое выступление. Помню, что открывал концерт Валентин Стрельников и первая песня, которую он спел, называлась «Снег». Мы до сих пор считаем эту песню чем-то вроде реликвии клуба. Пройдет немало лет, наши ребята узнают и запоют много других песен, но на всех юбилейных выступлениях мы будем просить Стрельникова начать концерт непременно с песни «Снег». 

 

Валентин Стрельников (1981 г.) 

Почин оказался не таким уж плохим. В этом месте, перефразируя великих прозаиков, можно сказать, что лед тронулся. А он действительно тронулся. Хотя, кроме нас, в клуб по-прежнему никто не приходил, но мы почувствовали себя уверенней. И это не смотря на то, что настороженное отношение к нашему энтузиазму со стороны официальных кругов сохранялось. Фактически весь 80-й год был потрачен на завоевание доверия у городских властей. Мы выстаивали многочасовые очереди перед кабинетами высоких начальников, навязывались на любые официальные мероприятия, обошли с гитарами все предприятия. При этом мы не только завоевывали доверие у начальства, но и искали севастопольских бардов. 

Как выглядели наши первые публичные выступления? 
Заводской клуб (не важно, какого предприятия), конец рабочего дня и обязательно почему-то пятница. В зале рассаживаются производственники, как правило, молодые ребята, снисходительно поглядывавшие на наши гитары, и хихикающие девицы. Без конца хлопают сиденья стульев. Кругом плакаты, передовики на фотографиях, какие-то стенды… На сцене – одинокий микрофон. Первым к нему подходит Петров. Он рассказывает о существовании жанра бардовской песни, упоминает Визбора, Окуджаву, Никитина. О Высоцком – вскользь. Затем, после неуловимого перехода спешит порадовать публику: оказывается и в нашем городе есть такие же замечательные барды, с такими же, можно сказать, гитарами…. После этой «сенсации» начинается концерт. По очереди, сменяя друг друга, выступают Стрельников, я и недавно появившийся в клубе Александр Маймуло, фантастический по тем временам исполнитель. Завершает торжество нашей поэзии тот же Петров. Он, как и мы, поет свои песни, заверяет работяг о готовности прийти к ним еще раз, напоминает о существовании клуба самодеятельной песни и в десятый раз приглашает на наши «четверги». Все. После этого мы собираемся в ГДК, в очередной раз убеждаемся в нашей непопулярности и плачемся друг другу в жилетку. Потом успокаиваемся и ломаем голову: чтоб такое придумать, лишь бы заманить к себе севастопольские таланты, которые где-то есть, втихаря – мы чувствуем это – пишут песни, поют их своим друзьям, а в наш клуб, как говорится, ни ногой. 

 

Первый президент КСП "Ахтиар" Александр Петров (1983 г.) 

Если и было что отрадного в начале нашей деятельности, то это выступления в общежитии Севморзавода. Тамошние комсомольцы сразу поняли, что мы можем делать нечто значительное для их подопечных. Я до сих пор с удовольствием вспоминаю вечера с севморзаводчанами, эти вечера чем-то напоминали телевизионные «огоньки». Представьте: большая комната в общаге, расставлены столы, на столах – яблоки, пирожные, лимонад. Доверительные и улыбающиеся лица. Полностью раскованная обстановка. Мы один за другим выходим на какое-то возвышение и просто так, без всякого микрофона, поем. После каждой песни – щедрые аплодисменты. Мы словно у друзей были! Нас так полюбили, что даже посылали за нами машину, чтобы мы выступили еще раз. И мы этим ребятам тоже платили любовью и доверием. Когда умер Владимир Высоцкий, именно в общежитии Севморзавода провели первый в городе вечер памяти опального поэта. Не дожидаясь его официальной реабилитации и, как нам тогда казалось, неимоверно рискуя. 

 

Владимир Губанов на первом выступлении бардов КСП "Ахтиар" (1980 г.) 

Именно после «севморзаводских» мероприятий наш клуб получил известность. Особенно эта известность возросла в 1981 году, когда в Севастополь приехал председатель московского КСП Эльдар Каримов со слайд-программой о Высоцком. К тому времени настороженное отношение официальных кругов к таганскому бунтарю переменилось. Вышел сборник его стихов, размноженные копии «Нерва» во множестве ходили по рукам. Словом, завеса запрещенности была приподнята и в ГДК программу разрешили. Она имела колоссальный успех. О КСП «Ахтиар» сразу заговорили, на нас обратили внимание. В «Славе Севастополя» мелькнула долгожданная заметка и на наши «четверги» повалил народ. 

Перечислить всех, кто приходил тогда в КСП, совершенно невозможно. Упомяну лишь некоторых, кто имел к становлению клуба самое непосредственное отношение. Это Сергей Шишкин, неприметный по тем временам парень, сочинивший несколько песен на стихи севастопольских поэтов; Александр Гейхманн, утонченно исполнявший Вертинского, и только «по большому секрету» – свои песни; Екатерина и Татьяна Кольченко, составлявшие восхитительный дуэт и внесшие сумятицу в сердца мужской части клуба; Александр Пекло, на два года погрузивший нашу компанию в сумбурность мировоззрения хиппи. Александр Танковский… Этот милейший дядька, который очень рано, к сожалению, ушел из жизни, остался в нашей памяти всего лишь одной написанной им песней – «Минус тридцать два». Кто еще? Андрей Лубянов – он скромно демонстрировал собственные песенные зарисовки. Мой брат Александр тогда только приглядывался к каэспэшным «четвергам». Свой след на бардовском небосклоне он прочертит через несколько лет, когда творчеству севастопольских авторов окажут большее внимание, а партаппаратчики, разрешившие проводить фестиваль авторской песни в театре имени Луначарского, будут ежится от его куплетов. 
И естественно, помимо авторов и исполнителей, на наших «четвергах» клубилось великое множество людей, которые вовсе не сочиняли песни и не исполняли их, но участвовали во всех каэспэшных делах. Они следили за порядком на концертах, обустраивали сцену перед выступлением, выполняли бесчисленное множество поручений. Но без них, без этой армии пылких энтузиастов, не могла пройти ни одна акция нашего клуба. Теперь по «четвергам» в «Ахтиаре» было не протолкнуться. В каэспэшной комнате людей набивалось столько, что порой мест не хватало. Песни звучали непрерывно, гитару просто вырывали из рук. Севастопольский поэт Николай Ярко, зашедший как-то на наше заседание, написал такие стихи: 

Наш век на чувства, видимо, скупее 
и вертеров не видно, говорят. 
Любить и восторгаться не умеем. 
Продажность и расчетливость царят. 

Но вот весна. И в переулках пары. 
И слышите: в углах сырых дворов 
мальчишки в джинсах мучают гитары, 
как в прошлый век гитару и перо.
 


 

Слева направо: симферопольский бард Владимир Грачев, севастопольцы Станислав Таран и Александр Пекло (1980 г.) 

Нашей радости не было границ. Наконец-то в клубе появились авторы, на материале которых можно было строить солидные концертные программы! К тому времени потеплела и каэспэшная обстановка в Крыму. Такие же клубы авторской песни появились в Симферополе, Керчи, Ялте. Наступила эпоха знакомств и взаимных визитов. Благо, климат в стране уже позволял делать подобное. (Помню замечательную поездку в Керчь, где вместе с симферопольскими бардами мы выступили со сцены местного театра, где нас долго не отпускали, а потом даже на улице догоняли и дарили цветы…) И еще. В Крыму, наконец, появилось то, о чем мы давно мечтали – начали проводиться фестивали самодеятельной песни. Но об этом чуть позже. Хочется рассказать о визите в Севастополь двух именитых личностей, перед которыми мы безмерно трепетали, и творчеству которых, грешным делом, подражали.

Проходя мимо гастронома, что на проспекте Нахимова, я всякий раз бросаю взгляд на окна одной квартиры на третьем этаже. Там когда-то жили две очаровательные обалдуйки, длинноволосые певуньи, с которыми связаны, пожалуй, самые интересные события в истории «Ахтиара». В их небогатом гарнитуре имеется стул, – обычный такой стул – на спинке которого написано «Здесь сидел Визбор»… 
…Январь 1983 года. Мы «пасем» автора «Солнышка лесного» чуть ли не от самой Москвы. Киевские каэспэшники сообщили нам по телефону, что «объект» едет в Ялту. В то время Визбор работал над прозой, мучился отсутствием одиночества и надеялся уединиться хотя бы в Крыму. Прославленный бард думал, наверное, что полуостров, не изобилующий к тому времени мастерами авторской песни, будет для него чем-то вроде пустыни, где можно отдохнуть от каэспэшной публики. Чтобы развеять у Юрия Иосифовича эти иллюзии, на встречу с ним отправились Петров и Шишкин. Они потом рассказывали, что вошли в номер симферопольской гостиницы как раз в тот момент, когда предмет нашего обожания покатывался от смеха и тыкал пальцем в мелькавшего на телеэкране Бормана (в то время шел сериал «Семнадцать мгновений весны», где роль нациста исполнял сам Визбор). Бормотнув делегатам нечто сошедшее за шутку, мэтр отправился в Севастополь. 

 

Слева направо: Владимир Губанов, Юрий Бойцов, Александр Петров и Юрий Визбор. Севастополь. 1983 г. 

…Дивный был вечер! Роскошный стол. Сразу же наладившаяся (не без инициативы Юрия Иосифовича) непринужденность. Визбор предлагает тост. Визбор настраивает гитару. Поет. Шорох севастопольских троллейбусов, проникая через открытое окно, немного приглушает его голос. Мы – на седьмом небе… 
После смерти Визбора в сборнике его стихов я прочитал «Одинокого гитариста», в песне поется о каком-то ресторанном музыканте. Позже я выяснил, что именно после наших посиделок, по дороге в Ялту Визбор заглянул в «Шайбу» и все увиденное там напел в одной из лучших своих песен* (Позднее стало известно и имя музыканта, игравшего в тот незабываемый вечер в севастопольском пригородном ресторане «Солнышко», – Сергей Погребняк.). 

Булат Окуджава… Летом 1984 года после выступления в театре имени Луначарского этот поэт направился с нами на ту же самую квартиру, что возле Приморского. Нужно было видеть ту великолепную, растянувшуюся на два квартала, процессию. Впереди с мэтром шествовал выступавший вместе с ним в театре Аркадий Арканов, а за ними, на некотором удалении, ужасно робея сократить дистанцию, – мы толпой. На нас озираются прохожие. Возле ресторана «Нептун» остановились троллейбусы. Так бывает, когда дорогу переходит рота солдат или воспитанники детсада с нянечками. Помню непреодолимую сумятицу в мыслях, шум в висках и ощущение страха от близости с Поэтом. За столом Окуджава песен не пел, устав после выступления в театре. Коротко отвечал на наши путанные вопросы. Конечно, ребятам очень хотелось пообщаться с Окуджавой, что бы он много чего рассказал и песни свои попел, но такое же, как и у меня, смятение овладело, похоже, всеми участниками той исторической встречи. Пресс-конференции не получилось. Рядом с Окуджавой никто даже не осмелился сесть. Уходя от нас, он, наверное, так и не понял, зачем его пригласили в гости… 

 

Булат Окуджава и Наталья Горленко. 
Севастополь. 1984 г.
 

А теперь вернусь к деятельности Севастопольского клуба самодеятельной песни первых лет его существования. По сути, «Ахтиар» был никем не управляемое и не контролируемое объединение. Посещали его, как упоминалось выше, люди, интересующиеся бардовским жанром, главным образом те, кто сочинял или исполнял песни. По установившейся где-то там, в столичных кругах, классификации, каэспэшников делили на авторов и исполнителей. Если говорить о первой половине 80-х годов, то тогда авторами в «Ахтиаре» были Александр Петров, Валентин Стрельников, Игорь Сидоров и, прощу прощения за каламбур, автор этих строк. Далее следовали те, кого мы бесстрашно называли композиторами – Александр Гейхман, Сергей Шишкин и Станислав Таран. Они же числились и в исполнителях, включая Александра Маймуло, Риту Жинжило, Александра Пекло, Екатерину и Татьяну Кольченко, Петра Спирина. А еще в клубе были энтузиасты. В категорию авторов и исполнителей они не попадали, песен, по их признанию, не сочиняли, но регулярно приходили на «четверги» и принимали активное участие в решении самых разных вопросов, например, в утверждении плана работы клуба, составлении концертных программ и пр. Энтузиасты проводили тематические вечера, этакие «устные журналы» о творчестве того или иного барда. Помню тематические вечера, подготовленные Владимиром Фишем. Он работал преподавателем, имел опыт лекторской работы и на этом поприще выступал просто великолепно. На счету у Фиша – немало прекрасных лекций о творчестве В.Высоцкого, А.Галича и других основоположников бардовского жанра. Неплохо готовили и вели подобные вечера Елена Халанай (о творчестве А.Вертинского) и Александр Петров (о творчестве Ю.Визбора). Не спорю, многим, кто не знаком с клубной деятельностью, мои воспоминания о каких-то «устных журналах» покажутся чем-то несерьезным. Но не надо забывать, друзья, в какие годы эти «журналы» проводились. Напомню, «Ахтиар» появился в начале 80-х, в разгар того, что принято называть брежневщиной. Это в наше дни, изобилующие Интернетом, не составляет особого труда найти информацию о любом писателе или поэте, прочитать и обсудить их творчество. А в те далекие 80-е в Севастополе совершенно невозможно было услышать песни А.Галича, А.Городницкого, Б.Окуджавы или Ю.Визбора. В.Высоцкого, как известно, власти не жаловали, хотя магнитофонные записи его выступлений ходили по рукам. А.Галич был попросту запрещен. Равно, как и другие поэты, творчеством которых мы тоже интересовались, – О.Мандельштам, Б.Пастернак, М.Цветаева. Поэтому я с достоинством вспоминаю наши каэспэшные «четверги», где мы впервые услышали произведения апостолов бардовского течения, приобщая свои вкусы к образчикам высокой литературы. 

 

Владимир Губанов (с гитарой) и Сергей Шишкин у туристского костра (1983 г.) 

А теперь о песенном творчестве первых авторов «Ахтиара». Безусловно, в начале 80-х мы были молоды и беспечны, нас сближал не только интерес к авторской песне, но и пылкая увлеченность друг другом, желание дружить, общаться, спорить. По этой причине мы не очень серьезно относились к качеству создаваемых нами песен. Помню, выступали как-то в кают-компании парусника «Седов», и, следя за нашим «творчеством», нам снисходительно улыбался работавший тогда в портовой газете севастопольский поэт Борис Эскин. Черт возьми, как задела меня тогда его усмешка! Но теперь-то я понимаю, что к чему. Прошли годы и от моих ранних песен остались одни ошметки. Если и задержались в репертуаре, то лишь «Полковник», «Вальс нашего двора» и написанная еще в студенчестве «Ай-Петри». Все остальные сгинули. Хочется воздать должное некоторым славным представителям «Ахтиара», поэтому вспомним, друзья, Александра Петрова, первого председателя нашего клуба. По тем же причинам, которые приведены выше, в первые годы каэспэшного движения я не особо следил за его песнями. Ну, сочинял он что-то… Я писал песни, он писал песни. Каждому свое, каждый жил в своей раковине. Но прошло много лет, Саша Петров ушел из жизни (Александр Петров умер в 1999 г.), и лишь в 2000, кажется, году я с большим трудом достал записи его произведений и впервые, можно сказать, послушал их. И поразился метафоричности его поэтики, безукоризненности и аскетичности построения стиха. И вспомнилось все: как Саша требовал от нас качественной строки, как спорил с каждым, кто сочинял песни, обращая внимание на удачно получившиеся образы и призывая убирать из текстов слабые места. Думаю, что творчество Александра Петрова представляет собой еще не открытый материк, и я глубоко сожалею, что этот поэт совершенно не известен людям, интересующимся авторской песней. Другой автор, творчество которого достойно такого же внимания, пусть и запоздалого, потому что его уже нет в живых, – Борис Сидорычев. На горизонте севастопольской авторской песни этот бард появился значительно позже, году в 88-ом. Великое множество созданных им песен поражает и по сей день. Это какое-то диковинное разноцветие тем: житейская лирика и лагерный блатняк, уморительные частушки и наполненные глубоким драматизмом песенные переживания обо всем, что окружало автора. Слава Богу, каэспэшники успели наслушаться и насладиться Сидорычевым, этот бард нередко выступал в «Ахтиаре», на фестивалях «Балаклавские каникулы» и на фестивалях, проходивших в Ялте. Поэтому, россыпи сидорычевских песен занимают достойное место в коллекциях собирателей бардовского жанра. Единственно, что вызывает горечь: рано, конечно, Сидорычев покинул наш мир, и не так широко, как хотелось бы, его песни знают в Севастополе. Вспоминая исполнителей авторской песни «Ахтиара», приходится сожалеть, что, как таковой, школы исполнительства в Севастополе не сложилось. Единственные, кто, на мой взгляд, профессионально представили и продолжают представлять это ответвление авторской песни – дуэт Дмитрия Черепка и Игоря Захаренко. Они довольно рано почувствовали себя партнерами (кажется, это было в 1985 году) и своим трудолюбием показали, что значит мастерство во всех ипостасям исполнительства: у них слаженное двухголосье, добротный аккомпанемент, точно выверенный репертуар. А отсюда и внимание слушателей к их творчеству, щедрые аплодисменты на концертах, известность в каэспэшных кругах Украины и за ее пределами. 

 

Игорь Захаренко (слева) и Дмитрий Черепок (1986 г.) 

…Перебирая в памяти каэспэшников «Ахтиара», задаюсь вопросом – так ли уж глубоко и профессионально смотрелось наше увлечение авторской песней? Думаю, что нет. Слишком много было дилетантства, желания доказать нечто такое, что еще не сформировалось в наших душах, а отсюда – торопливость и неряшливость в творчестве. (Думаю, именно отсутствие профессионализма превращает многих каэспэшников в аутсайдеров бардовского жанра.) Единственно, чем утешаю себя – известности у слушателей мы не искали, перед начальством не гнулись и «на публику» не работали. Мы просто пробовали себя в поэзии и тянулись к свету – слава Богу, хоть на это находили силы и желание… 

 

Слева направо: Александр Губанов и Андрей Лубянов (1986 г.) 


 

Виктор Кривцов, Петр Спирин, Игорь Захаренко (1983 г.) 


 

Игорь Сидоров (1986 г.) 

Настала пора вспомнить не столь радужные времена каэспэшного движения. Осенью 82-го Министерство Культуры еще не распавшегося Союза разослало по всем подчинявшимся ему учреждениям особую «указивку», ограничивающую деятельность клубов самодеятельной песни. Для каэспэшников наступили черные времена. Слеты и фестивали не проводились. Запретили даже раскрученную «Правдой» «Грушинку». Любые попытки противоречить «указивке» жестко пресекались. Помню, в мае 84-го наши симферопольские коллеги надумали было провести в урочище Красная Поляна небольшой фестиваль, но были разогнаны оперативниками. В клубах появились «стукачи», и это стало нормой. Петь стало лучше, петь стало веселей… Именно в это время уезжают за рубеж некоторые видные авторы. Гитары Дольского, Клячкина, Медведенко зазвучали не на российских лесных полянах, а в концертных залах Западной Европы, Америки и Израиля. Впрочем, активисты некоторых клубов все же умудрялись в то тревожное время проводить, пусть не фестивали, но хотя бы «встречи» авторов и исполнителей. Хитрости, на которые они пускались, напоминали конспирацию сходившихся на маевку революционеров. У меня до сих пор дома где-то лежит телеграмма с приглашением на «свадьбу». Мол, такого-то числа в Харькове состоится бракосочетание того-то и того-то (для мистификации подбирались, как правило, холостые каэспэшники), и ты, Володя, в числе приглашенных. Приезжай, мы тебя ждем. Появление такой телеграммы служило сигналом собираться в дорогу и мчаться на «свадьбу», которая проходила где-то в пригородном лесу Харькова. Там, конечно, никакой свадьбы не было, а проводился небольшой фестиваль с традиционными кострами и палатками. Без сцены, правда. Это лихолетье севастопольского КСП не особо коснулось. Мы с самого начала старались учитывать специфичность нашего города и строго следили за репертуаром. Но это не значит, что никто не сочинял что-то такое, за что, может быть, нам и «влетело» – об этом говорят песни Петрова и Сидорычева. Нам гораздо важнее было просто встречаться и просто петь друг другу свои песни. Что касается опеки со стороны учреждения, озаглавленного неблагозвучно читаемой аббревиатурой, то, как говорится, Бог миловал. Или нам только кажется? 

 

Слева направо: симферопольские авторы-исполнители Александр Авсиян, Владимир Грачев, Андрей Канищев и Дмитрий Кокоз на сцене Севастопольского ГДК (1983 г.) 

После апреля 1984 года, перетряхнувшего всю советскую систему, подняло голову народонаселение клубов самодеятельной песни. Прервавшаяся на время песенная активность вновь зафонтанировала. Фестивали, фестивали, фестивали… Вся страна покрылась палаточными городками. А тем временем в «Ахтиаре» произошли некоторые изменения. (В 1985 году я связал свою жизнь с дальними командировками и о событиях второй половины 80-х сужу по рассказам моих друзей.) Отошел от руководства клуба Александр Петров. Роль председателя взял на себя Сергей Шишкин. И оказалось, что прежде кажущаяся его неприметность сочетается с великолепными организаторскими способностями и жесткой требовательностью. Нужно знать, что к тому времени число членов нашего клуба неимоверно возросло. Каждый, кто уверенно играл на гитаре, считал свою песню достойной внимания и рвался к микрофону. Новый председатель продирался к качественным концертным программам через обиды своих же товарищей. Зато сбитая им «обойма» обеспечила клубу на несколько последующих лет невиданную популярность. Дмитрий Черепок, Игорь Захаренко, Игорь Сидоров, Олег Малахов, Александр Губанов, Александр Рожков, Ирина Швецова, Борис Сидорычев, Наталья Лепехина – именно эти барды в «Шишкинские времена» подняли в Севастополе волну небывалого интереса к авторской песне. 

 

Второй президент Севастопольского КСП "Ахтиар" 
Сергей Шишкин (1987 г.)
 

Пик наибольшей активности «Ахтиара» пришелся на вторую половину 80-х. В стране грянула перестройка. Забурлила активность не только «низов», но и «верхов». Как ни парадоксально, но в роли своеобразных активистов бардовского движения выступил и комсомол. В апреле 1987-го по инициативе обкома ЛКСМУ в Севастополе стартовал Крымский фестиваль авторской песни – крупнейший по тем временам песенный форум, который длился целых три дня! Безусловно, «Балаклавские каникулы» были более масштабны, отдадим должное организатору этого фестиваля севастопольцу Андрею Соболеву. Но отметим, что ничего подобного тому, что произошло в 1987 году, в культурной жизни Севастополя раньше не было. Итак, каким же был этот исторический фестиваль? Крупными мазками, если позволите. Приехавшие со всей страны барды широкой колонной, как на демонстрации, прошли по главной улице города. Концерт на площади Нахимова. Выступления на военных кораблях. Конкурсная программа в ГДК и в концертном зале гостиницы «Крым». Заключительное выступление лауреатов в театре имени Луначарского. Песни, песни, песни… Обком ЛКСМУ обеспечил приезжих бардов гостиницей, но никто из них в те дни все равно не спал. Полностью забитый зал Луначарского. На один билет – несколько желающих. В партере и на балконах стоят пробившиеся в театр без билетов. В первых рядах – партийное руководство города. Возле сцены – телекамеры Крымского ТВ. У членов «Ахтиара» берут интервью, о них делают передачу, их записывают на областном радио… Фантастика! Кто думал, что мы доживем до такого? Но после этого знаменитого фестиваля активность клуба начала спадать. Покинул место председателя «Ахтиара» Сергей Шишкин. Его сменил Михаил Борисенко. И хотя следующие фестивали, приуроченные к дню рождения клуба, проводились с таким же, казалось бы, энтузиазмом, былого накала уже не было. Да, активисты «Ахтиара» по-прежнему собирались в ГДК, даже задумали перестроить один из подвалов на улице Ленина в местный храм авторской песни, но… Увы, происходило то, что называется угасанием каэспэшной активности. В 1992 году мне довелось по пустяковому делу заглянуть в ГДК, и на вопрос о КСП старенькая дежурная ответила: «А они уже не собираются…». 

 

В этом месте можно было бы поставить точку и сказать, что вот так, мол, невесело завершилась двенадцатилетняя одержимость севастопольских любителей авторской песни. Но можно и спросить – что же все-таки это было? Шалость неостепенившейся юности? Поиск самих себя в насквозь заидеологизированном обществе? Желание подражать Окуджаве, Высоцкому? Не знаю. Единственно, что можно сказать точно: все эти каэспэшные страсти кипели вовсе не от скуки. Ведь неспроста севастопольские авторы и исполнители становились лауреатами на фестивалях в Москве, Одессе, Харькове, Минске. И так же неспроста некоторых из них записывали на центральном телевидении и передавали по всесоюзному радио. И неспроста концертные залы, где они выступали, заполнялись благодарными слушателями. А почему они разошлись – не ведомо никому. Это необъяснимо. Поверьте, активность и замирание каэспэшной жизни не поддается никакому анализу и не прогнозируется. …Но кто, скажите, поднимет теперь новую волну каэспэшной горячки? Кто, как мы в свое время, воскликнет: «Ребята! Я вчера песню написал, хотите послушать? Где гитара?..» 

P.S. 
Точки ставить не будем. То, что произошло в 1998 году, когда «Ахтиар», окрыленный активностью нового председателя Ирины Руденко, возродился и в Севастополе вновь зазвучали песни под гитару, и каждый год стали проходить фестивали «Балаклавские каникулы» – все это дает повод надеяться на неувядающую природу авторской песни. Тем более, что жизненные реалии остались те же. Песни писать есть о чем. 

Декабрь 1996 г.- июль 2009 г. 



Часть 2 
Ирина Руденко 
ВМЫВАЕТ ВВЫСЬ ДУША… 

Мое знакомство с клубом авторской песни «Ахтиар» началось в 1989 году, когда об этом творческом объединении я прочитала в «Славе Cевастополя». В небольшой газетной заметке любителей авторской песни приглашали на какую-то встречу. 
Теперь-то я понимаю, почему об этом помню. Просто так ведь ничего не происходит. В том далеком 89-м я сделала первый шаг к тому, что нельзя назвать обычным увлечением. Все, что впоследствии стало происходить, не просто захватило меня, оно превратилось в то, что называется образом жизни. Теперь я и не представляю, как могла раньше существовать вне мира, именуемого авторской песней. 
Потом по местному радио я услышала песню Володи Губанова «Зурбаган». Мне показалось, что эта песня не только мне знакома, она была «моей». Ведь не случайно, когда у меня хорошее настроение, я ее напеваю, как напеваю и другую песню Губанова – «Вот опять кружева севастопольских улиц». 

 

Ирина Руденко 
Поэтиада "Осенняя свирель" (2009г.)
 

А потом я побывала на праздновании 10-летия КСП «Ахтиар» в концертном зале гостиницы «Крым». К тому времени я посещала другой клуб самодеятельной песни – «Фиолент», где председателем была Ольга Лысенко (Бобровник), и нас, как соратников по ремеслу, пригласили на юбилейный концерт. Мы пришли в «Крым» большой компанией, и, я помню, как жадно впитывала все, что происходило тогда на сцене. Мне нравились все – и песни «ахтиарцев», и песни приглашенных, но самое главное – мне нравилась царившая на концерте доброжелательная атмосфера. 
После концерта мы отправились на дачу Мокроусова, на первую в моей жизни «чайхану» – так в каэспэшных кругах называют проходившую после фестиваля неформальную встречу бардов. Тогда я не догадывалась, что «чайхана» не имеет никакого отношения к чаю. Там я впервые увидела знаменитого теперь уже Бориса Бурду. Он сидел в столовой, прямо на столе, и пел свой «Турецкий марш». Потом мы толпой, человек десять, пытались разместиться в двухместном номере, чтобы подремать пару часов. Мне достался стул и тумбочка. Конечно, голове было жестковато, но первый опыт ночевок на фестивалях я получила. 
Разве я могла тогда предположить, что пройдет еще немного времени и судьба сведет меня с ребятами, которые станут для меня не меньшими «звездами», чем классики жанра? 

…Помню вечер творческой интеллигенции города, куда я пришла со своей компанией в надежде встретить единомышленников. И я не ошиблась. Увидев на сцене человека с гитарой, я оставила своих друзей и умчалась за кулисы – знакомиться. Человек с гитарой был Андрей Лубянов. Мы познакомились с ним во дворике ДОФа. Андрей спел губановскую «Сюда гитару, свечи, шампанское вино…» и пообещал отвести меня на «пятницу» к своему знакомому Валентину Стрельникову. Помню небольшую, заполненную книгами и картинами, квартиру в центре города. Множество музыкальных инструментов. Гора сваленных на балконе деревянных коряг. Аромат можжевельника. Появлялся импровизированный стол из нескольких табуреток, застеленных скатертью. Жена Стрельникова Наташа старалась всех приветить и напоить чаем. Помню, у Стрельниковых было много гостей, все они пели песни, читали стихи и непрерывно спорили. В квартире толкотня, одни уходят, другие приходят, по пятницам дверь у Стрельниковых, похоже, не запиралась. И проводились эти посиделки, как мне сказали, более двадцати лет. Теперь, когда нет «пятниц» Стрельникова, мне грустно. Как будто близкий друг уехал далеко и надолго… 
Потом я познакомилась с Анатолием Таныгиным (Таврическим), в квартире которого по вторникам организовывались «музыкальные салоны». У Таныгина я сошлась с множеством совершенно необыкновенных севастопольцев и увидела мой город совсем по-другому. И все это мне ужасно нравилось! 
И что самое главное: на «пятницах» у Стрельникова и на «вторниках» у Таныгина я встречалась с людьми, которые когда-то посещали КСП «Ахтиар». 
Все, о чем я пишу, относится к концу 90-х. К этому времени активность «Ахтиара» основательно спала, заседания не проводились. Но это не значит, что барды прекратили общаться друг с другом, просто они, как говорят в таких случаях, «разбрелись». Но на городские мероприятия их все-таки приглашали, где они исполняли свои песни. 

В конце 90-х я решила каким-то образом возродить КСП «Ахтиар». Что для этого нужно было делать, я не знала и ужасно робела. Я провела опрос бывших «ахтиарцев» на тему «Нужен ли тебе такой клуб и будешь ли ты его посещать?», и после настойчивых требований моей подруги и единомышленницы Татьяны Сирык (мы до сих пор решаем клубные дела вместе, она знает всех членов «Ахтиара») я решилась. Все оказалось не так просто, как я думала. Собрать всех вместе в один день и в назначенный час, да еще договориться с руководством учреждения, согласившегося «приютить» нас, было хлопотно. Конечный же результат моих стараний оказался более, чем положительным. 22 апреля 1998 года в Матросском клубе ЧФ РФ благодаря помощи севастопольского композитора Владимира Сильвестрова состоялось первое собрание бывших «ахтиарцев». На эту встречу пришло человек двадцать, они же выбрали и актив возрожденного КСП: Владимира Губанова, Андрея Лубянова, Петра Спирина, Игоря Сидорова, Светлану Ткаченко, Валентина Стрельникова и автора этих строк. 

 

На заседании КСП "Ахтиар" в Севастопольском Доме офицеров ЧФ РФ 

Барды решили сохранить прежнее название своего клуба – «Ахтиар», а его председателем назначили меня. Не потому, что я была лучшей или жаждала руководить, а потому, что у каждого нашлась причина не быть председателем. Потом, когда активность «Ахтиара» наберет обороты, когда о клубе заговорят и он будет мелькать на телевизионных экранах, появятся желающие подхватить «эстафету», но мне так понравилась роль председателя, что я не собиралась ее уступать. 
Дела клуба стали понемногу налаживаться. Для проведения наших заседаний руководство Матросского клуба выделило небольшой, но уютный зал библиотеки. 23 апреля по кабельному телевидению показали первый информационный сюжет о (теперь уже моем) клубе, а 6 мая состоялась первая творческая встреча с экс-председателем «Ахтиара» Сергеем Шишкиным. Потом у Сергея станет традицией проводить такой концерт в день своего рождения. 

…Листаю тетрадку, куда записывала все, что происходило на наших встречах в первый год существования возрожденного КСП. Листаю и вспоминаю… Вечером, в первую, третью и пятую среду каждого месяца дверь библиотеки Матросского клуба приветливо распахивалась. На заседания КСП приходило не так уж и мало людей – иногда, чтобы послушать авторские песни, собиралось до сотни желающих. Каждую встречу с авторами-исполнителями показывали по местному телевидению, транслировали по городскому радио. Тогда нас всячески поддерживали телевизионщики Ирина Катвалюк, Виктория Кухаренко, Тамара Дьяченко, Светлана Казарина. 
А вот одна интересная запись: «Апрель 1998 г. По решению актива клуба, ранее называвшийся Клуб самодеятельной песни «Ахтиар» переименован в Клуб струнной поэзии «Ахтиар». Такому необычному названию клуб обязан севастопольскому барду Борису Сидорычеву. Вот что по этому поводу в одном из телевизионных интервью сказал сам Сидорычев: «Лично я рассматриваю авторскую песню несколько иначе, не как остальные приверженцы этого жанра. На мой взгляд, это не самодеятельная и не авторская песня, а, как я ее называю, струнная поэзия…» 

А вот некоторые «показатели» деятельности «Ахтиара» в 1998 году: 
«За год активисты КСП «Ахтиар» провели 28 заседаний. В информационных программах Севастопольского телевидения показано 10 сюжетов о КСП «Ахтиар», одна радиопередача «Севастопольская волна» продолжительностью 40 минут целиком посвящалась «Ахтиару». 
«Радиостанция «Омега-Полис» в своих программах «Без ретуши» и «От фонаря» (автор Н. Борисова) провела 10 встреч с членами клуба. В эфире ТРК «Бриз» показана передача журналистки Людмилы Вертяевой о клубе «Ахтиар». 
«Газеты «Слава Севастополя», «Флаг Родины», «Севастопольская газета», «Вечерний Севастополь» неизменно отмечали на своих страницах заслуги наших бардов (всего более 20 публикаций)». 
«5 декабря 1998 года в Матросском клубе состоялся городской фестиваль авторской песни. Фестиваль прошел с аншлагом (в зале находилось по меньшей мере 600 слушателей)». 
«Прошли творческие встречи интеллигенции города с представителями клуба, авторами-исполнителями В. Губановым, И. Сидоровым, Б. Сидорычевым, С. Шишкиным, П. Спириным, С. Ткаченко, В. Сильвестровым, С. Шарохиным, С. Тараном, А. Иваненко, дуэтом И. Захаренко и Д. Черепок, В. Широковым, В. Плесцовым, В. Сиволобовым, Ю. Саяновым и др.». 
«Владимир Губанов организовал выпуск магнитных альбомов с песнями Александра Иваненко, Бориса Сидорычева, Виктора Плесцова, Игоря Сидорова, Михаила Воробьева». 
«Перед севастопольцами выступали гости из Ялты, Бахчисарая, Симферополя, Сум, Киева, Свердловска, Москвы. Представляли свои программы КСП «Фиолент» и городской турклуб «Гермес». 

Много чего, связанного с историей клуба, хранится у меня дома в специальной коробке. Вот, например, грамоты от моряков-черноморцев большого десантного корабля «БДК-69» 23.01.1999 г.; от командира войсковой части N 09.05.1999 г.; от гвардейского ракетного крейсера «Москва» 06.05.2001 г…. Перед моряками, отмечу, выступали многие «ахтиарцы». Нам очень нравились такие встречи, когда моряки и офицеры после выступления наших бардов сами брали гитары, пели песни и читали стихи. Такие выступления завершались, как правило, экскурсией по кораблю и обедом в кают-компании. А после происходило долгое прощание с фотографированием, обменом телефонами, переписыванием слов и аккордов понравившихся песен… 

 

Виктор Плесцов. Квартира В.Стрельникова (2006г.) 

…Пожелтевшие от времени газеты с материалами о клубе, фотографии, письма-приглашения из разных городов, аудио и видеокассеты, глиняные медали, которые мы делали к годовщинам клуба, афиши… А вот – информационные бюллетени Петра Картавого, известного в Украине активиста из Сум, занимающегося историей многих КСП. С Картавым мы познакомились на фестивале «Балаклавские каникулы», он был автором «Адресной книги КСП» с указанием адресов клубов, фамилий организаторов и дат проведения фестивалей. Потом эта информация очень помогала нам при проведении фестивалей. 

…Вспомнилась одна примечательная акция, проведенная «Ахтиаром». В 1999 году в клубе «Импульс» завода «Муссон» по инициативе Вячеслава Карманова и Петра Спирина состоялся не совсем обычный вечер авторской песни. Необычным было то, что кроме бардов, на вечер пригласили и поэтов. Зрители сидели за столиками, пили чай, а по окончании концерты начались… танцы. Необычно, да? Но это действо настолько всем понравилось, что подобные выступления стали традиционными и впоследствии проводились неоднократно. Тогда на «Муссоне» мы неплохо «прижились». Чтобы показать свое искусство, в «Импульс» приезжали авторы из других городов: Игорь Ли (Ялта), Новелла Вавилова и Качка Бахитгуль (Бахчисарай), Владимир Шишкин и другие барды из Симферополя. Все эти концерты записывал на видео «ветеран» КСП «Ахтиар» писатель Сергей Крупняков. А какие грандиозные «балы» он устраивал у себя в доме – со стрельбой из старинной пушки, дегустацией домашнего вина из выращенного во дворе винограда, разлитого в «бутылки» из тыквенного дерева! 

 

Игорь Сухенко. Фестиваль авторской песни "Чатырдаг", посвященный памяти Л.Вертяевой. (2008г.) 

…Нахожу несколько моих сценариев тематических вечеров. Читаю один из них и удивляюсь: ну как могли совмещаться в сценарии три темы – день рождения А.С. Пушкина, день города и песни наших авторов? Не хочу хвастаться, но, кажется, мне это удавалось. В подготовке тех вечеров меня всегда выручал признанный в Севастополе поэт Александр Федосеев. В его библиотеке можно было найти материал на любую тему. Кстати, первый концерт авторской песни после почти десятилетнего молчания «Ахтиара» организовала Галина Кондрюкова, и помогал ей Федосеев. Именно он в апреле 1998 г. собрал бывших «ахтиарцев» Сергея Шишкина, Петра Спирина, Игоря Захаренко, Дмитрия Черепка, Валентина Стрельникова, Бориса Сидорычева, Андрея Лубянова, Владимира Губанова, Игоря Шипилина, Виктора Кривцова и «новобранцев» бардовского жанра Светлану Ткаченко, Владимира и Александра Широковых, Сергея Шарохина и меня в том числе. 

Хочется отметить еще одного клубного энтузиаста, инициатора и вдохновителя вечеров в клубе «Импульс» Геннадия Сопина. Для того, чтобы людям легче было найти дорогу к «Импульсу», Гена сам разрабатывал не только тексты к афишам, но и схему расположения этого клуба. А впервые я встретилась с ним, когда Геннадий организовал у себя дома что-то вроде звуковой студии для записи бардов. Теперь он приглашает любителей авторской песни к себе на дачу, где обустроен амфитеатр с деревянными скамеечками, фонариками и сосной в центре «сцены». Геннадий мечтает, чтобы летом к нему приезжали барды, чтобы они жили в палатках, днем купались в море, а вечером собирались у костра и пели песни. И я верю: когда-нибудь его мечты сбудутся. 

 

Игорь Шипилин. Балаклава, летняя сцена ДК БРУ им. М.Горького (2007г.) 

В феврале 2000 года клуб отпраздновал свое двадцатилетие. Вот выдержки из статьи, которую я готовила для «Севастопольской газеты»: «…Несмотря на непогоду, финансовые трудности и эпидемию гриппа, количество гостей в первый и последующие дни фестиваля приятно удивило, если не сказать обрадовало. Барды приехали из Харькова, Луганска, Херсона, Кривого Рога, Джанкоя, Ялты, Бахчисарая, Мелитополя и Симферополя…» «…место проведения фестиваля: 1-й и 3-й день – клуб «Импульс», 2-й день – ДОФ. Для участников фестиваля организованы экскурсии по городу, барды выступили на кораблях Черноморского флота…» «…«чайхана» в «Импульсе» затянулась до четырех утра (ведущий – Виктор Байрак)…» «…Большую помощь клубу в организации фестиваля оказали А. Соболев, предприниматель А. Садыков (помогавший в приобретении призов, печати афиш), Е. Соболь (магазин «Ахтиар»), Г. Адаменко (АТП «Ахтиар»), А. Коханова («Севхлебзавод»), а так же члены клуба О. Тряпицин, А. Федосеев, Е. Туманова, В. Королева, Н. Стрельникова, И. Манцев, А. Цаплина…» 

Нужно заметить, что активисты «Ахтиара» постоянно сетовали на то, что им, уже завоевавшим популярность в нашем городе бардам, не приходят на смену молодые авторы и исполнители. Правда, на некоторое время они появились и подхватили «песенную эстафету» – Алексей Власов, Вадим Богачев, Светлана Макарова, Никита Ветров, Максим Заикин, Махаил Руденко, Юлия Перфильева, Юрий Гордиенко, Алексей Сагитов и др. Но потом они прекратили приходить в наш клуб. Видимо, у каждого поколения свои песни… 

В 2001 году мы «замахнулись» на проведение фестиваля авторской песни «Зурбаган» в Казачьей бухте. Этот фестиваль запомнился хорошей погодой, теплым морем, кашей из полевой кухни, песнями у костра до рассвета и самое главное – дружеской атмосферой. Все организационные тяготы «Зурбагана» взял на себя Вячеслав Карманов. Помню, тележурналист Людмила Вертяева сделала об этом фестивале замечательную передачу… 

Особой удачей можно назвать публикацию в литературном альманахе «Севастополь» в 2001 г. большой подборки стихов членов КСП «Ахтиар». Заметным явлением в культурной жизни Севастополя начала 2000-х годов стал конкурс авторской песни о родном городе. Инициатором конкурса выступила газета «Панорама Севастополя», а если точнее, работавший в этой газете корреспондентом Владимир Губанов. В конкурсе участвовали Петр Спирин, Виктор Кривцов, Людмила Каюкова, дуэт Виталия и Надежды Фесенко, Олег Тряпицин, Елена Литвинова. 1-е место занял Андрей Лубянов (песня «Возвращение в Севастополь»), 2-е – Сергей Курочкин (песня «Балаклавская бухта»), 3-е – Игорь Шипилин (песня «Мечта»). 

 

На концерте, посвященном 25-летию КСП "Ахтиар". Севастопольский Дом офицеров ЧФ. (2005г.) 

Позже появятся губановские Поэтиады, эти поэтические фестивали будут иметь свои названия и свои традиции, и запомнятся они волнующими выступлениями поэтов. Лучше всего об этом этапе деятельности нашего клуба говорят виртуальные страницы сайта www.poetiada.narod.ru : «… осенью 2004 года в ДОФе состоялась первая Поэтиада под названием «Осенняя свирель - 2004». Свое творчество на сцене флотского учреждения культуры представили севастопольские менестрели Сергей Шишкин, Ирина Руденко, Владимир Губанов, Станислав Таран, Андрей Лубянов, а вместе с ними и поэты Виктор Ингеров, Борис Бабушкин, Николай Ярко, Мария Карандина, Людмила Резник, Андрей Агарков. Успех совместного выступления поэтов и бардов был ошеломляющий. Слушатели просили об одном: повторять такие мероприятия! Поэтому весной 2005 года совместное выступление «поющих» и «читающих» поэтов состоялось в ДОФе во второй раз. 
А после этого наступил некоторый спад, объясняемый протекающими в «Ахтиаре» «внутриклубными» процессами. Следует знать, что активности «Ахтиара» свойственны не только «всплески», но и «затухания». Впрочем, было еще одно, весьма печальное обстоятельство: в 2006 году ушел из жизни замечательный севастопольский поэт Виктор Ингеров, что тоже наложило отпечаток на желание поэтов проводить выступления. Знаковый «всплеск» Поэтиады произошел в конце 2007 года, когда активность поэтов и бардов получила поддержку председателя Севастопольского городского Совета Валерия Саратова. Для участия в Поэтиаде «Осенняя свирель - 2007» были приглашены бард Константин Вихляев (г. Ялта), поэты Сергей Овчаренко (г. Евпатория), Анатолий Масалов (г. Алупка) и Лев Болдов (г. Москва)…» 

 

Виталий Фесенко читает свои стихи наместнику Свято-Георгиевского монастыря и. Савватию. Поэтиада "Весеннее разнодействие-2009" 

Но помимо Поэтиад, «Ахтиар» проводил и тематические вечера, например, «Вечер песен Булата Окуджавы» и «Вечер песен Юрия Визбора» (авторы сценария и ведущие – Игорь Сухенко и Ольга Яковлева). Нужно знать, что Игорь и Оля были ведущими не только этих вечеров, им поручалось вести и наши клубные выступления на сцене ДОФа. Они же во время концерта подходили к микрофону и пели. Яковлева, отмечу, до приезда в Севастополь училась в Харькове, где посещала тамошний КСП. Если говорить о Сухенко, то следует сообщить, что он тоже пишет стихи и песни, но редко их показывает, «скромничает». Хочется отметить и наших неизменных и надежных помощниц Светлану Голядкину, Татьяну Меженцеву, Галину Диденко, Татьяну Куталова – они всегда наш надежный «тыл», наши самые преданные слушатели. 

…Уже много лет, как клуб «Ахтиар» обосновался в Доме офицеров Черноморского флота РФ. Людмила Комарова – эта известная в Севастополе подвижница в сфере культуры, всячески помогает и поддерживает все наши начинания. Руководство ДОФа создает благоприятные условия для творческой деятельности «Ахтиара», предоставляет сцену для проведения концертов. 

 

Елена Литвинова. Поэтиада "Осеняя свирель-2008" 

Следует признать, что в последние годы клуб «Ахтиар» изменился, его активисты нашли новые формы реализации своего творчества. Заседания клуба стали проходить в виде сольных выступлений авторов и исполнителей на Малой сцене ДОФа. Что характерно, вместе с менестрелями «Ахтиара» свои произведения исполняют и известные в Севастополе барды Андрей Соболев и Сергей Курочкин. Что ж, видимо, у севастопольских авторов появилась потребность в выступлениях «в одиночку». Правда, качество их выступлений иногда оставляет желать лучшего, но им приходит на выручку душевность и искренность их же песен. На Малой сцене ДОФа выступали также Константин Вихляев (г. Ялта), Павел Гребенюк и Владимир Шишкин (г. Симферополь), Владимир Грачев (г. Симферополь), Александр Каменский (г. Ташкент), Александр Рожков (г. Москва), Елена Лебедева (г. Бостон, США) и др. 

 

Выступление Елены Лебедевой (в центре) в КСП "Ахтиар". Севастопольский ДОФ. (март 2009) 

Следует отметить и Игоря Сидорова, удивительного лирически-утонченного поэта и моего друга. Игорь принимал активное участие в организации многих фестивалей, в частности, он организовывал выступления наших бардов на радио «Омега-Полис». Также хочется отметить Владимира Широкова из села Орлиное, Станислава Тарана, на которого всегда можно рассчитывать, когда нужна помощь, Сергея Шишкина, Игоря Шипилина, Татьяну Куталову, Виктора Кривцова, Людмилу Миронову, Елену Литвинову, Виталия Фесенко, Сергея Брянцева, Светлану Ткаченко, Ольгу Отбоеву (автора сборников «В лучах созвучий») и многих других ребят. 

…Так много всего происходило в «Ахтиаре», и так тесно все переплелось, что, пытаясь написать обо всем по порядку, я сама этот порядок и нарушаю. Особой беды не вижу, одно могу отметить: в севастопольском КСП я знакомилась всегда с очень интересными людьми, и каждое такое знакомство было отдельной историей. Все эти истории переплетались между собой, перетекали в какие-то события, появлялись новые люди, новые песни, новые стихи. Наверное, когда-нибудь обо всем этом я напишу отдельную книгу, главы которой посвящу моим друзьям, это будет большая книга о замечательном времени, которое пролетело на одном вдохе. На глубоком вдохе, полной грудью!.. 

День рождения КСП «Ахтиар» – грустный праздник. Мы подводим итоги и вспоминаем тех, кого уже нет с нами: Ольги Лысенко (Бобровник), Александра Петрова, Лалиты Широковой, Бориса Сидорычева, Александра Широкова, Виктора Ингерова. Мы помним вас, друзья! 

Я ни о чем судьбу и не прошу, 
Ведь столько лет торчу на перекрестке. 
Близки мне сцены пыльные подмостки, 
Где безнадежно почестей ищу. 
Дым сигарет, портвейн в гримерках тесных, 
Где правит бал один святой закон – 
Гитарных струн волшебный перезвон, 
Дешевых инструментов бардов местных. 
И пусть не совершенны голоса, 
Не точны рифмы и размер хромает, 
Но как порой взмывает ввысь душа, 
На сердце корка ледяная тает. 
Я не о чем судьбу и не прошу...
 

Бардовский клуб

 

Бардовские клубы Юга России

- "Оптимист"
- «Камертон»
- «У очага»
- "Алоус"
- "Южный ветер"
- “Костёр”
- "Эхо планеты"
- "Вдохновение"
- “Живая струна”
- “Таласса”
- "Воины духа"
- "Странник"
- "Осторожно, дети!"
- "Пилигрим"
- “Поющий источник”
- "Ахтиар"
- "Друзья"
- "АРВЕНТУР"
- Ялтинский клуб авторской песни.
- «Восхождение»
- «В подвальчике у Петровича».
- “Седьмое небо”
- "Посредник"
- “Высокая волна”
- «Пятый угол»
- “Сочи”
- "Синий троллейбус"
- "Армавирский аккорд"
- "Родник"

Бардовский клуб "Ахтиар"- Севастополь.

Барды Юга России

desc

Здесь можно посмотреть фотографии бардов Юга России. Для удобства просмотра фотографии появляются в хаотичном порядке.  Подробнее »

Бардовские клубы

desc

Здесь находится перечень бардовских клубов Юга России в виде галереи. Справедливости ради галерея создаётся хаотично и беспорядочно.  Подробнее »